РАЗВИТИЕ ВОДОПОДГОТОВКИ И ХИМ. КОНТРОЛЯ НА ГЭС-1, 1920-Е – 1930-Е ГОДЫ

ВОСПОМИНАНИЯ НАЧАЛЬНИКА ХИМИЧЕСКОГО ЦЕХА Тов. П.Н. БОГОСЛОВСКОГО 

Вопрос водоподготовки и контроль не 1-й Московской Государственной электростанции впервые встал в 1929 году момента пуске экранированных котлов Б. В., давлением 28 атм. В этот период станции оборудовала небольшую лабораторию, квалифицированного персонала не было, лаборатория выполняла элементарные анализы воды, щелочность и хлориды. По этим данным и велся режим заботы котлов. До этого, с момента пуска станции в эксплуатацию ни о каком контроле и режиме водоподготовки вопрос не стоял.

Водоподготовка на станции отсутствовала. Был установлен водоочиститель системы Л.Р. работающий с одной известью, с качеством воды 6-7°Н. Естественно воду с такой жесткостью, даже как добавок в котлы, экранированные давать нельзя было. Станции был выделен котел Б.В. №13 ат. как испаритель и конденсат его щелочи, на добавок в котлы 28 ат. Но все же были случаи, когда вода с жесткостью 6-7° добавлялась в котлы. Если котлы Гарбе могли работать на такой воде, но все же просматривая котловые книги видно, что даже в этих котлах горели передние пучки кипятильных труб. Отдельные трубы забивались почти полностью накипью. При питании экранированных котлов такой водой естественно повело к прогару экранных труб, сначала единичные случаи, а через 1-1/2 гола начались массовые прогары экранных труб. Руководство котельного цеха старалось объяснить это неправильной циркуляцией, но это не дало никакого эффекта, экраны продолжали гореть. В это время 1931 г., перед ‘руководством встал вопрос о поставке более грамотного контроля за водой и водоприготовлением, так-как стило ясно, что причины прогара экранных труб кроются в качестве питательной и котловой воды. Для проведения этих работ были приглашены работники водной лаборатории В.Т.И., последними было обследовано состояние водоподготовки и контроля за водой на станции. После обследования было установлено, что первая причина всех прогаров это неудовлетворительное качество питательной воды и отсутствие должного контроля за водоподготовкой. 

В 1932 году станцией начались опыты на котле № 2 по фосфатированию котловой воды, был поставлен контроль за качеством питательной и котловой воды, лаборатория наполнилась квалифицированном персоналом. И первые же опыта по фосфатированию котловой воды дало положительные результаты. Кривая прогара экранных труб на котле резко пошло к нулю, в то время, как на остальных котлах трубы продолжали гореть. После котла №2 опыты были перенесены на котел №3. Котле №2 фосфатировать перестали. На котле №3, прогары прекратились, на котле №2 начались прогары. Только после того, когда руководство котельного цеха убедилось в целесообразности фосфатирования на фосфатной режим перевели все котлы котельной «2 и позднее котельной №1. Вопрос прогара экранных труб с этого момента был разрешен. Теория прогара экранных труб из-за неисправности циркуляции отпала. В связи с введением фосфатирования, в котлы имевших прогары экранных труб, начались прогары труб пароперегреватели котлов от №1 и №5. Причины прогаров – наличие большого количества фосфатного шламма, последний образовывался в результате реакции фосфата с солями жесткости, что вызывало вспенивания котловой воды и укос солей с даром.

Для предотвращения этого, станция перевела котлы №-5 на непрерывную продувку, после чего прогары труб пароперегревателя сократились, но еще занос лопаток турбин имело место, т.к. сепарационные устройства котлов В.В. не было рассчитано на фосфатно-натровый режим с высокой щелочностью котловой воды. В связи с этим станция повела работы по улучшению сепарации. В части улучшения сепарации пара ОРГРЭС’ом и техническим отделом станции была проделана большая работа. Были опробованы два типа сепараторов, и после их установки, прогары труб пароперегревателей прокатились, пар из котла стал поступать о нормальным солесодержанием отложений на лопатках турбин не было.

С включением непрерывной продувки встал вопрос об использовании воды и тепла продувочной воды. В 1937 году продувочную воду стали подавать на подогрев хим.очищенной воды. В 1932 году одновременно с наладкой работы химконтроля и режима котловой воды, станция начала существующий водоочиститель переделывать на содово-известкованный, и начала монтаж нового водоочистителя производительностью 40 м3/час системы – Струя, который был пущен в эксплуатацию в 1933 году. С пуском этого водоочистителя, качество добавка воды резко улучшилась. Жесткость от 0,8 оН, это дало возможность отказаться от котла испарителя и перейти на питание котлов 2-й очереди, на чистый конденсат с котла 1-й очереди на конденсат с добавком х.о. воды.

Одновременно с этим было выедено фосфатирование котлов 1-й очереди Гарбе и Б.В. №41, что дало положительные результаты, некипеобразование было незначительно, котлы работали по году, в то время как ранее приходилось чистить котлы 3-4 раза в год. Дальнейшая работа на станции была поставлена об очистке котлов 1-й очереди от накипи капитального ремонта, работы были проведены и дали хорошие результаты.

В 1939 году от индивидуального фосфатирования котлов, перешли на центральное фосфатирование, были смонтирована работу осенью 1939 года. Таким образом, вопрос фосфатирование, вопрос прогара экранных труб, вопрос грамотного контроля за водоподготовкой с повестки дня станции был снят.

В 1933 году станция имела бойлерную установку обогреваемая паром от редуктора, вода для бойлеров подавалась водопроводная, вследствие чего трубки бойлеров забивались через 2-3 месяца полностью накипью. Станцией была проделана работа по очистке бойлеров от накипи соляной кислотой, что дало положительные результаты, через 2-3 дня бойлерная установка опять могла работать. 

С развитием теплофикационной сети центра Москвы и монтажем теплофикационной турбины №29, с бойлерной становкой перед станцией в 1934 году встал вопрос о подаче воды в теплосеть, существующая водоочистительная установка уже не могла удовлетворить все нужды станции в части воды, в теплосеть приходилось иногда добавлять сырую воду, что сказывалось на бойлерной установке, было решено проектировать катионитовую установку, и в 1936 году станция включила в работу смонтированную катионитовую установку производительностью 75 м3/час. Спуском катионитовой установки качество питательной воды для котлов резко улучшилось, жесткость питательной воды была в соответствии с П.Т.Э. Одновременно был разрешен вопрос с добавком воды в теплосеть. Полностью теплосеть была обеспечена подпиточной водой хорошего качества. Этим было прекращено образование накипи в бойлерах. Наряду с неполадками из-за накипеобразования, экономайзеры котлов часто выходили из строя, вследствие разъеданию труб кислородов.

Установленный в 1930 году ваккумный даэратор, производительностью 80 т/час, кроме того, что недостаточно деаэрировал воду, одновременно был мал по производительности. Питательная вода котельной №2 содержала кислорода до 2 мгр., что безусловно вело к коррозии труб. 

В 1938 году станцией было введено сульфитирование питательной воды, что частично снизило коррозию труб экономайзера. В 1942 году, в годы Отечественной войны, были установлены 2 даэратора производительностью по 200 м3/час атмосферного типа. После включения и наладки даэраторов, содержание кислорода в питательной воде стало в пределах нормы, коррозия экономайзеров прекрастилась на 1942 г., до сего времени станция не имела ни одного случая останова котлов из-за течи экономайзером.

В 1938 году, с возросшим добавком воды в теплосеть, станция катионитовую установку расширила, увеличила мощность до 150 т/час. по механическим фильтрам и катионитов, смонтировав дополнительно катионитовый фильтр и 2 кварцевых, тем самым обеспечила полностью подачу катионитовой воды, даже в аварийных случаях.

Подводя итоги работы химического цеха надо сказать, что в течение 14 лет, в части водоподготовки, была проделана очень большая работа.

Станция, в части водоподготовки, работает совершенно нормально. За последние годы не было ни одного случая выхода из строя котлов по причине образования накипи на экранных трубах или заносы хозяйством.

До 1932 года контроль за маслом почти не осуществлялся, турбинные масла работали с кислотным числом 3-4 мгр.КОН. отработанные масла шли на топливо. В 1932 году, с организацией лаборатории, все масла как турбинные, так и трансформаторные систематически анализировались, и на основе хим.анализов велся режим масля масляного хозяйства.

Одновременно при капитальных ремонтов, стала проводиться химическим очистка маслоохладители и масляной системы дихлоротаном, а в 1938 году освоен и введен в практику способ промывки керосиновым контрактом, химические способы очистки масляной системы увеличило срок службы турбинных масел.

В 1936 году станция смонтирована регенерационную установку масел, а в 1941 году были установлены адсорбеты на машинах для непрерывной регенерации масел селикоилем. Все эти мероприятия резко увеличили срок службы турбинных масел, и чистые поверхности маслоохладителей и маслопроводов. Наряду с приведением в порядок масляного хозяйства, было обращено внимание на состояние конденсаторов турбин. Конденсаторы турбин вследствие большого наличием микроорганизмов, обрастали последними в виде слизи, понижали коэффициент теплопередачи, и тем самым ухудшался вакуум по турбинам.

Для очистки трубок конденсатора, станция имела штат промывщиком и производила промывку трубок конденсатора ершами. Этот способ промывки мало эффективен –турбины приходилось останавливать на несколько часов, при чем каждая турбина останавливалась через 3-4 дня. Была освоена промывка конденсаторов раствором каустика. Этот способ менее трудоемок, но все же мало эффективен, так как турбины для промывки все же приходились останавливать хотя и реже – через 6-8 дней.

В 1938 году станция смонтировала хлораторную установку и вода поступающая на охлаждение конденсаторов подвергалась хлорированию. Этот метод резко изменил состояние трубок конденсаторов, трубки стали чистые, вакуум поддерживался нормальный, турбины для промывки не останавливались. Освободился штат промывщиков.

Для периодического осмотра, турбины останавливались раз в месяц.

В 1946 году станция изготовила установку для регенерации селикогеля с подачей воздуха. Этот способ регенерации дает хорошие результаты по восстановлению селикагеля и требует когеля. Это дает возможность станции работать на восстановленном селикогеле.

П. Богословский



Назад к списку очерков